Костёр

День неудержимо клонился к вечеру. Солнышко, словно утомившись весь день идти по небу, даря нам свет и тепло, стало опускаться все ниже и ниже. В какой-то момент оно, видимо, споткнулось о макушку высоченной старой ели, невесть сколько росшей в глубине леса и, огорченное этой неудачей, растратив последние силы, покатилось вниз все быстрее и быстрее. Прямо на глазах тени становились все длиннее и гуще, краски мягче, а звуки лесной жизни – глуше и таинственнее.

Весь день мы ходили по тайге, перешагивая полузаросшие мхом поваленные лесины, пробираясь через чепурыжник на месте старых вырубок (вот ведь название, а? – как зачепит, так еле отчепишься!), обходя целые поляны трехэтажного бурелома и прыгая с кочки на кочку на моховых болотинках. Разумеется, все это не могло не сказаться на наших, вдребезги изнеженных цивилизацией, организмах. И еще как сказалось! Мы были вымотаны совершенно – до того самого состояния, когда в душу начинает просачиваться через какие-то неведомые щелочки предательская мыслишка «ну и зачем я сюда поперся?». Разговоры как-то сами собой стихли и слышно было только усталое сопение, лишь изредка перемежаемое ворчливым чертыханием, когда кто-нибудь из нас неудачно наступал на шатающийся под ногой камень или получал веткой по физиономии. Таинственным образом потяжелевшее в несколько раз ружье немилосердно оттягивало плечо, а такой небольшой еще утром рюкзачок за время пути успел, кажется, изрядно набрать весу. Одним словом - стало совершенно очевидно, что пора останавливаться на ночлег.

Какое же это все-таки блаженство – после долгого пути снять ружье, сбросить со спины рюкзак и, привалившись спиной к шероховатой, теплой сосне, постоять, каплю за каплей снова обретая способность слышать, видеть, обонять и - главное – воспринимать все, что ощущаешь… Не стоит только в этот момент совершать коварную ошибку – садиться. Как же тяжело потом оторваться от земли! Кажется, что каждая косточка в теле, каждая мышца обретают право голоса и устраивают шумный митинг протеста против такого бесчеловечного насилия над ними…

Но – пора! Сумерки уже густы, еще чуть-чуть и можно будет с полным на то основанием назвать их темнотой. А ведь нужно еще обустроить лагерь, приготовить немудрящий ужин. Но сперва – Костер!

Полоска бересты, пригоршня сухих еловых веточек, спичка или зажигалка – волшебная, магическая формула, испокон веков отличающая человека от прочих Чад Божьих. И вот уже над шалашиком из хворостинок весело заплясали первые, еще слабенькие и робкие, язычки пламени. Несколько жердинок потолще и – вот уже близко возмужание Костра – две серьезных сушины ложатся в него, чтобы отдать нам свое тепло. Пройдет совсем чуть-чуть времени и Костер загудит ровнее, обретет силу, обнимет положенные в него бревна заметно подросшими языками своего пламени.

Мы же тем временем суетимся вокруг, занятые обустройством лагеря, приготовлением ужина. Слишком давно мы были детьми Природы, слишком давно мы, как неразумные подростки, удрали от нее к мачехе-цивилизации и вот теперь, привыкшие к ее игрушкам, уже не можем обходиться без них – нам нужна горячая пища, хоть какой-то кров над головой, тепло… За этой своей суетой мы так и не замечаем возмужания Костра, мы возвращаемся к нему, лишь сделав себе постель из лапника и натянув над ней полог из плащ-палатки. Мы возвращаемся к Костру с котелком, полным воды – чтобы он вскипятил нам чайку – и невольно поражаемся, как окреп тот малыш, который еще совсем недавно робко цеплялся за тоненькие веточки, которыми мы его подкармливали.

Что может быть аппетитнее звука булькающего над Костром котелка? Какой зачаровывающий звук, вздымающий в груди теплые волны Настоящего Чайного Удовольствия! Разогретая в огне тушенка, краюха черного хлеба с добрым куском сала и Чай – волшебный, крепкий, обжигающий, Горячий Сладкий Чай – с неповторимым запахом дыма, дикой воды, прокопченного чуть ли не насквозь котелка… Все! Вот он – Порог Блаженства! Осталось сделать один малюсенький шажок – закурить и опереться на локоть…

Неспешно течет разговор – о мелочах сегодняшнего дня – тех самых мелочах, что потом, возможно, будут вспоминаться, как одни из счастливейших в жизни моментов, об упущенной дичи, о намятой ноге, о том, что тушенки осталось всего две банки и поэтому завтра стрелять надо как следует, а не как получится… Мягкие отблески пламени играют на спокойных, добрых лицах товарищей… Вот один из них тихонько опустился на спину и мирно засопел – волшебница-Дрема взяла его под руку и повела на прогулку по сказочным садам сна… Другой неотрывно смотрит на огонь – глаза его приобретают выражение некой отстраненности, словно всматриваются куда-то далеко-далеко за Костер, за Лес, за невидимый горизонт… Бог весть, о чем он думает сейчас, что вспоминает. Но безмятежное, может быть, лишь слегка грустное выражение его лица говорит о том, что ему сейчас хорошо. Разговор сам собой затих, стаял, словно последний весенний снежок на лесной тропке… Тепло Костра, сперва отогревшее наши тела, наконец-то взяло в свои мягкие, бережные ладони наши души…

Я сижу в великолепном, роскошном каминном зале удивительного замка – самого прекрасного из всех замков, что в силах вообразить человек. В этом зале высоко-высоко взметаются покрытые старым, потемневшим золотом колонны сосен. Они взметаются туда, где за зеленой драпировкой крон виден неземной красоты купол, покрытый черным бархатом и украшенный мириадами бриллиантов-звезд. Зал этот огромен, но светом пламени из камина-Костра в нем очерчен круг – круг тепла и света, круг покоя и уюта. И я наслаждаюсь этим светом, этим уютом, чувствуя себя неизмеримо богаче любого богача, любого наследного принца, нефтяного магната - любого, нагородившего вокруг себя стен из кирпича, стекла и бетона… Я – Свободен!

Очень хочется полюбоваться своим каминным залом со стороны… Поднимаюсь и, не оборачиваясь, иду туда, где заканчивается волшебный круг тепла и света, даруемый Костром. Граница этого круга на удивление четкая – в какой-то момент возникает ощущение, будто стоишь перед дверью – сделай шаг и выйдешь наружу. Я так и делаю. Оборачиваюсь…

Я стою в темном, ночном лесу. Прямо передо мной – огромный, волшебный замок. Из-за темноты я не могу разглядеть его как следует, но мне хорошо видно освещенное теплым светом окно между двумя кустами. Я заглядываю в это окно и вижу наш Костер, моих добрых товарищей, золотые колонны сосен, полог плащ-палатки… Да, это он – мой сказочный каминный зал – удивительно красивый и необыкновенно уютный… Я стою и любуюсь этим зрелищем, не в силах оторвать взгляда, боясь пошевелиться, чтобы не спугнуть очарования этого момента… Я улыбаюсь, мне чертовски хорошо!

Укладываюсь у огня – завтра предстоит долгий день, завтра будут новые дороги, новые места, новая усталость и новые радости… Мне уютно и спокойно – я знаю, что наш Костер будет согревать нас своим теплом до самого утра, хотя пламя его и угаснет. Но в глубине его, под золой, будут потрескивать, даря нам свое тепло, его жаркие угли – Душа Костра. Я видел его совсем юным, робким и беззащитным, видел зрелым – сильным, ярким, теперь он – старый, спокойный и мудрый. И от этого – по-особенному теплый…
…и Добрый.

Comments:

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Навигация по сайту

Go to top